ahmadinedjad's Journal

Президент Ирана Махмуд Ахмадинеджад - Новый Мессия


Западная пресса о Президенте Ирана Махмуде Ахмадинеджаде:

Из газеты «La Stampa», 18.01.2006 :

Оказавшись на трибуне Генеральной Ассамблеи ООН, иранский президент Махмуд Ахмадинежад сказал, что у него было видение: жертвы (108 человек) недавней авиакатастрофы в районе Тегерана «указали путь, по которому мы должны следовать», и поэтому, когда его правительство вступило в должность, все министры подписались под общими задачами в письме, адресованном «скрытому имаму». Это письмо было брошено в колодец у мечети Джамкаран, которая находится в священном шиитском городе Кум.

Сразу же после избрания на пост президента Ахмадинежад очень часто в своих выступлениях стал упоминать об Абдель-Касиме Мухаммаде, который в 975 году, в возрасте семи лет, провозгласил себя 12-м имамом, потомком Магомета, но потом исчез, и с тех пор его называют «скрытым». Шииты называют его «Мухаммад аль-Махди» и считают, что рано или поздно он явится миру, где будет править семь лет, а потом возглавит силы добра в борьбе против сил зла по исламской версии Апокалипсиса, который приведет к «концу дней», а затем – к началу эры «мира и справедливости».

«В любой религии имеются мессианские тенденции и концепции, – поясняет Мохсен Сазегара, основатель Корпуса стражей исламской революции в 1979 году, который сегодня стал решительным сторонником установления демократии в Иране. – Но Ахмадинежада отличает то, что он считает самого себя солдатом и прямым посланником мессии. Сначала Хомейни, а потом и Хаменеи всегда оправдывали право исламских законников издавать законы в отсутствие 12-го имама, – подчеркивает Сазегара, – и вот теперь Ахмадинежад дает понять, что именно он имеет прямой контакт с аль-Махди».

Среди вашингтонских аналитиков – экспертов по Ирану широко распространено мнение о том, что именно эта мессианская идея «может лежать в основе экстремистских высказываний Ахмадинежада», отмечает Патрик Клаусон из Washington Institute. «Специалисты по ядерной проблеме обеспокоены тем, что Ахмадинежад может считать себя человеком Апокалипсиса», – написал Фредерик Кемпе в Wall Street Journal.

Сазегара идет еще дальше, раскрывая подоплеку: «Встречаясь в прошлом году с дипломатами, аккредитованными в Тегеране, Ахмадинежад сказал, что через 24 месяца аль-Махди явится и этот момент может настать в конце 2006-го или в начале 2007 года». Опасность заключается в том, что за милленаризмом Ахмадинежада скрывается его убежденность в том, что именно он должен начать миссию по борьбе со злом.

«За ссылками на аль-Махди скрываются его личные убеждения», – утверждает Шауль Бакаш, доцент George Mason University.

«Таким образом можно объяснить тот факт, что он следует по пути крайних решений: сначала бросает вызов всему миру национальной ядерной программой и потом доходит до того, что отрицает массовое уничтожение евреев во время Второй мировой войны», – отмечает Сазегара, по мнению которого речь идет и о политическом приеме, поскольку «частые ссылки на аль-Махди поражают воображение бедных, простого народа, помогая Ахмадинежаду укреплять свою власть».

Все более частыми становятся проявления религиозного фанатизма и исламского популизма, как, например, выделение миллионов долларов на реконструкцию святых мест, связанных с загадкой 12-го имама.

Из газеты «La Stampa», 14.02.2006:

Махмуд Ахмадинежад хочет заменить Усаму бен Ладена в качестве лидера в идеологическом и военном противостоянии с Западом. К такому выводу приходят многие аналитики, изучая заявления, сделанные иранским президентом о возобновлении реализации ядерной программы, об отрицании Холокоста и намерении уничтожить Израиль и видя поддержку антиевропейских манифестаций и беспорядков после публикации в Дании карикатур на пророка Мухаммеда.

"У Ахмадинежада два преимущества перед Усамой бен Ладеном, – поясняет Том Доннелли, эксперт по стратегическим вопросам dell'American Enterprise Institute в Вашингтоне, – он управляет государством и вскоре будет обладать ядерным оружием".

Государство – вот чего недоставало бен Ладену с момента свержения режима афганских талибов в 2001 году. Чтобы поддержать ячейки "Аль-Каиды", предлагается свергнуть саудовскую монархию и пакистанского президента, но все попытки в этих направлениях до последнего времени были безуспешными, такими же провальными, как попытки Абу Мусаба аз-Заркави прогнать американцев из Ирака.

"Иметь государство – означает иметь возможность опираться на территорию, фонды и армию, в слабости Усамы – сила Ахмадинежада", – подчеркивает Доннелли, по мнению которого "самое главное – то, что Иран вскоре будет обладать атомной бомбой, к чему уже давно стремится "Аль-Каида".

Обладание ядреным оружием означает возможность угрожать Западу еще более смертоносными терактами, чем 11 сентября, и это "делает Ахмадинежада в глазах фундаменталистов более мощным противником Запада по сравнению с бен Ладеном". Усама рискует потерпеть поражение и на идеологическом фронте: если именно он в 1998 году призвал к джихаду "против евреев и христиан", то сегодня Ахмадинежад идет еще дальше и, отрицая Холокост, истребление 6 млн евреев, демонстрирует намерение переписать историю.

За этим идеологическим наступлением стоит тот факт, что "бен Ладен взывал к фундаменталистам-суннитам, а Ахмадинежад хочет поставить во главу противостояния с Западом шиитов", подчеркивает иранец Амир Тахери, директор Politique International, известного исследовательского центра в Вашингтоне.

Нападения на европейские дипломатические представительства в Дамаске, Бейруте и Тегеране впервые показали большую эффективность ячеек, связанных с Ираном, по сравнению с ячейками "Аль-Каиды". Тахери делает еще один шаг и объясняет взлет Ахмадинежада внутренним поворотом к Исламской республике: "То, о чем говорит иранский президент, ничем не отличается от того, что говорили иранские лидеры начиная с Хомейни. Разница заключается лишь в том, что его предшественники следовали идее Монтазери, по мнению которого мир еще не готов узнать правду, а Ахмадинежад следует заповедям аятоллы Язди, который проповедует необходимость ясно излагать свою мысль и говорить то, что надо, чтобы об этом знал весь мир".

Доннелли соглашается: "Ахмадинежад был солдатом во времена кровопролитной ирано-иракской войны, и у него сложилось убеждение, что Исламская республика уже прошла первую фазу. Теперь он хочет возглавить вторую, делая ставку на шиитский радикализм".

Ветеран Ближнего Востока Ричард Мерфи, бывший посол США в Дамаске, ныне авторитетный член Совета по иностранным делам в Нью-Йорке, предлагает в качестве ключа к пониманию ситуации прочтение веры: "Ахмадинежад отличается от бен Ладена тем, что никогда не говорит от лица всех мусульман, но мы знаем, что в отношении веры аятоллы считают себя хранителями истинной интерпретации ислама, считая всех арабских лидеров невеждами или нечестивыми. Не случайно тот же Усама никогда не удостаивался внимания со стороны Тегерана".